— Хорошо, Билл, — сказал Малдер успокаивающе. — Вернемся к тому человеку…

Загадочный тип в форменном комбинезоне оставался единственной зацепкой.

— Да я не обратил на него особого внимания, — пожал плечами охранник, переводя взгляд с одного агента на другого. Малдер и Скалли, в накинутых на плечи белых халатах, сидели рядом, точно воробьи на жердочке, и в руках женщины медленно жевал кассету диктофон. — Просто так глянул случайно, когда он мимо проходил. Двери у нас стеклянные, так что из вестибюля, где я сижу, всю улицу видно.

— Вам ничего не показалось странным в его облике? — вмешалась в разговор Скалли. По оттенкам ее голоса Малдер понял, что напарница недовольна. Вот только чем — тем, как идет расследование? Или лично им, Фоксом Уильямом Малдером?

— Нет вроде, — Билл наморщил лоб. — Хотя кожа у него была какая‑то серая… безжизненная, что ли! В руке нес что‑то такое, — охранник сделал жест, обрисовывая в воздухе нечто сложных очертаний, — непонятное. Прошел в сторону гаража. А потом — треск, стены зашатались. Я к выходу, почти выскочил…

— Спасибо, вы нам очень помогли! — Скалли улыбнулась профессиональной улыбкой врача, ободряющего пациента, и поднялась со стула. Малдеру ничего не оставалось, как последовать ее примеру.

— Послушай, что с тобой такое? — спросил он напарницу, когда они стояли, дожидаясь лифта. — Ты только что молний не мечешь!

— Не понимаю, зачем Скиннер втравил нас в это дело! — раздраженно ответила Скалли, шагнув в разверзшуюся пасть лифта. — Он что, считает, что у нас мало работы?

— С чего ты взяла? — в лифте они были не одни, и разговор пришлось прервать. Возобновили они его только в машине. Скалли кипела, словно чайник, и недовольство прорывалось сквозь броню ее всегдашней невозмутимости.